Так стою. А сон всё тает, тает,
Тонкой нитью тянется в ночи.
Только сердце тихо умирает,
Помня то, что больше не звучит.

И я больше не ищу ответа,
Не зову, не спорю, не молю.
Просто в этом холоде раздетом
Я дарю последнюю зарю.

Пусть она уйдёт в туманы, в дали,
В те края, где нет уже меня.
Я не жажду, чтобы вспоминали,
Я лишь благодарю, любя.

За рассветы, что меня будили,
За дожди, что пели надо мной,
За людей, что просто рядом были,
За дорогу, что была — не злой.

Всё теперь так ясно и так просто:
Была я, жила я, верила и любила.
А теперь, как лист, я сброшу мостик
В вечность, где никого не судила.

Тихо. Свет луны меня касаясь,
Гладит лоб, как мать перед сном.
Я не умираю — я сливаюсь
С тем, что было, есть и станет в нём.

Не виню — ни время, ни себя.
Не прошу — ни снов, ни новых встреч.
Просто я теперь уже любя
Отпускаю, чтобы сберечь.

Пусть моё молчанье станет строчкой,
Что тебе напомнит о тепле.
Я уйду — но лишь одной точкой
Остаюсь на этой тихой земле

.

В один прекрасный, ясный день
Гуляла девочка с сестрою,
Не знав, что он еще для них
Закончится огромною бедою.

Они гуляли , всё резвились ,
И как могли уж веселились.
Но резко небо потемнело,
И всё вокруг них загудело.

Услышав взрыв, один, второй,
Сестра спешит накрыть собой,
Ту, что роднее остальных,
Дороже слитков золотых.

Но добежать та не успела,
Осколок ей вонзился в тело.
На землю пав, чуть боль терпя,
К сестричке обращается она.

Родная, на меня ты не смотри,
Отсюда ноги поскорее уноси.
Чуть фразу молвила она,
Закрылись навсегда её глаза.

Малышка, с места убегая,
Рукою слезы вытирала.
В глазах мелькали лишь дома,
И девочка пришла совсем одна.